Бездна АСВ
Из АСВ в «Лефортово»
Практически всех ключевых руководителей Агентства по страхованию вкладов ФСБ собрало в тюремные камеры СИЗО «Лефортово».
Первым, кто примерил наручники, а вскоре и приноровился спать на тюремной шконке - стал Александр Попелюх, первый заместитель директора АСВ. Его арестовали еще 9 октября прошлого года.
До того, как влиться в коллектив АСВ, Попелюх носил прокурорские погоны. Послужил на серьезных должностях. Прокурором города Владимир, помощником замгенпрокурора России по особым поручениям, заместителем прокурора Новосибирской области, заместителем прокурора Ямало-Ненецкого автономного округа.
После ареста, по-прокурорски трезво оценив свои не радужные перспективы, и, по всей видимости, рассчитывая отделаться несколькими годами колонии и освободиться по УДО, Попелюх заключил сделку со следствием. И дал показания, говоря языком следственных документов, «изобличающие преступную деятельность» Ольги Долгалевой. Это еще один заместитель директора АСВ, куратор юридического управления госкорпорации.
Женщину арестовали и доставили в Лефортово 28 апреля этого года.
Затем Попелюх и Долгалева дали показания «изобличающие преступную деятельность» директора АСВ Андрея Мельникова. Которого тоже доставили в Лефортово.
Про арест Андрея Мельникова наперебой рассказывала пресса. Из этих публикаций страна узнала, что директора АСВ отправили в «Лефортово» в рамках расследования уголовного дела об особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ), которое ведет следственное управление ФСБ.
В чем конкретно обвиняется Андрей Мельников, достоверной информации пока нет. Но сама должность руководителя госкорпорации – очень коррупционноемкая. Судите сами. С момента создания, АСВ занималось и продолжает заниматься банкротством и санированием сотен финансово-кредитных организаций. Завершена процедура банкротства в 295 банках. 51 банк подверглись санации.
На сегодняшний день идет конкурсное производство по банкротству 279 банков. Суммарные активы разорившихся банков, которыми управляло или продолжает управлять АСВ, как конкурсный управляющий и обычно крупнейший кредитор, составляет сумму более пяти триллионов рублей. Это цифра, которую в 2021 году подсчитал Центробанк. За минувшие четыре года эта цифра увеличилась как минимум до шести триллионов рублей.
При этом дополнительно к активам самих банков государство выделило 2,4 триллиона рублей из фонда страхования для выплат вкладчикам этих банков вместо них. На эту сумму государство в лице АСВ, стало кредитором этих банков. Выдавал АСВ деньги на ее деятельность и Банк России. Остаток задолженности АСВ перед Банком России - около 1 триллиона 400 миллиардов рублей. А вот взыскать с должников или выручить от продажи активов банков АСВ смогло около 562 миллиарда рублей, затратив при этом 142 миллиардов на какие-то хозяйственные расходы.
Это картина по банкротству только 259 банков, долги которых составляют 2,7 трлн рублей. Эти цифры подсчитали журналисты издания «Деловой Петербург». Пролить хоть какой-то свет удалось примерно на треть разорившихся банков.
Фактор Черкалина
Банк России и руководство АСВ помалкивали, как партизаны, и никогда даже не заикались о том, когда будут возвращены деньги, выделенные государством. И вот что печально, несмотря на то, что АСВ – государственная корпорация, государство, похоже, потеряло контроль над АСВ. И АСВ фактически стало гуляй-полем, раздольем для жуликоватых чиновников и офицеров правоохранительных органов, в чьи обязанности входит пресечение криминальных проявлений банкстеров и чиновников, поставленных государством блюсти интересы вкладчиков и кредиторов. Впервые это проблема всплыла в публичном пространстве еще летом 2019 года, вскоре после ареста легенды беловоротничковой преступности подполковника ФСБ Кирилла Черкалина. Если кто успел забыть, кто такой Кирилл Черкалин, напомню.
Это тот самый теперь уже бывший подполковник ФСБ и бывший руководитель Второго банковского отдела управления К ФСБ. Которого арестовали 24 апреля 2019 года. И в этот же день, в ходе обысков в квартирах, связанных с Черкалиным, обнаружили 911 кг долларов, евро, рублей – всего порядка 12 миллиардов в рублевом эквиваленте.
22 апреля 2021 года Московский военный гарнизонный суд приговорил Черкалина к семи годам колонии строго режима. Но чекист не отсидел и половины. Уже в декабре 2022 года Дзержинский горсуд выпустил Черкалина за ворота колонии, заменив барак на исправительные работы. По документам чекист устроился охранником в нижегородский ресторан «Плакучая ива».
А 19 февраля 2024 года тот же Дзержинский суд, видимо, самый гуманный в мире, вынес решение, которым удовлетворил ходатайство осужденного Черкалина и заменил ему неотбытую часть наказания – к тому времени это было 2 года, 2 месяца и 3 дня – на штраф в 500 тыс. рублей. Или 630 рублей за каждый недосиженный день. По курсу того времени это меньше 10 долларов за каждый день свободы. И это притом, что вскоре после ареста, в июне 2019 года Черкалин заключил досудебное соглашение, в котором зафиксировано, что он обязуется «…предоставить следствию достоверную информацию об источниках получения им средств и другого имущества, обнаруженного по месту его жительства, а также у его родственников и близких».
Но выходит, что Черкалин обманул и следственный комитет, и генеральную прокуратуру в лице аж заместителя генерального прокурора. Не выполнил взятые на себя обязательства.
Несмотря на то, что в ноябре 2019 года стало известно и об этом написал «Коммерсант», что Черкалин «…дал показания на бывшего замглавы Агентства по страхованию вкладов Валерия Мирошникова. Якобы он организовал схему негласного банковского покровительства, и именно ему принадлежала большая часть из 12 миллиардов рублей наличности, которую изъяли у Черкалина при обысках».
Летом 2019 года из следствия по «делу Черкалина» просочилась информация, что арестованный чекист детально описал механизм появления у него кубометров наличных долларов, евро и рублей. Описанная им «технология» оказалась предельно примитивной.
Только в период с середины 2013 года до 2017 года в 227 российских банках образовалась «дыра» в капитале в размере 2 триллионов рублей. «Дыра» — это отрицательная разница между рыночной стоимостью активов и обязательствами банка.
К примеру, у банка есть обязательства на 100 миллиардов рублей, а все его активы по балансу на те же 100 млрд рублей в базарный день можно продать — лишь на 50 миллиардов, значит «дыра» в банке — 50 миллиардов рублей.
Мирошников с Черкалиным не без помощи своих подчиненных в АСВ и во Втором отделе управления К ФСБ налаживали контакты с реальными собственниками финансовых учреждений и, якобы, предлагали банкирам за вознаграждение в сумме от 10 до 30% от величины «дыры» крепко зажмуриться. На время. От нескольких месяцев до полугода. Этой форы банкстерам вполне хватало для вывода из банка ценных активов, зачистки документации, замены залогов на неликвид, перебрасывания денег на зарубежные счета, создания имиджа «жертвы режима» и бегства из России.
Черкалин, якобы, рассказал следствию о том, что половина от суммы вознаграждения, переданных банкирами, доставалась Мирошникову, 25% — другим участникам преступной группировки, и 25% получал сам Черкалин. Возможно, по конкретным банкам были и другие договоренности. Как показала история с новосибирским аквапарком могли и недвижимость сдавать за копейки. В общем не организация, а чиновничий Клондайк. У них в каждом рисунке – солнце. Откровение Черкалина хоть как-то объясняло происхождение обнаруженных у него самого 12 миллиардов рублей. Но следствие, похоже, это откровение не заинтересовало. Черкалину, наоборот, помогли накрыть дымовой завесой совершенное им реальное коррупционное преступление – схему, созданную Мирошниковым-Черкалиным.
Для этого подтянули к его делу историю банального спора хозяйствующих субъектов из строительной сферы. В котором одна из сторон, предвидя нулевые шансы на удовлетворении своих высосанных из пальца требований в случае разбирательства в Арбитражном суде, по всей видимости, обратилась к своей «крыше в погонах» с просьбой отправить оппонентов в тюремные камеры.
Возбудить уголовное дело никто не брался несколько лет, регулярно выносились отказные постановления. Пока эту историю не подтянули к «делу Черкалина». И тот с большим удовольствием признал, что совершил мошенничество в отношении неких Сергея Гляделкина и Игоря Ткача, которые, похоже, были и остаются деловыми партнерами семьи влиятельного генерала ФСБ. Подробности – по ссылке в программе «Ошибка генерала Феоктистова», которую можно посмотреть по ссылке под этим видео. А мы же продолжим. Почему Черкалин с удовольствием согласился признать вину? Потому что не было самого события преступления.
Но появление в деле в качестве потерпевших Гляделкина и Ткача позволило отвлечь внимание общественности от триллионов, похищенных в банках при попустительстве АСВ. Если ли уж нашли у какого-то чекиста Черкалина аж 12 миллиардов. Кроме того, Черкалин стряхнул с себя необходимость выполнять условие сделки со следствием и раскрывать тайну происхождения обнаруженных у него шальных миллиардов. А Генпрокуратуру и Следственный комитет накрыла амнезия и они то ли забыли, то ли сделали вид, что забыли то, что им пообещал Черкалин по сделке со следствием.
Тайна миллиардов осталась неизвестной. Хотя ключик от тайны лежал у двери под ковриком. И по всему получается, что следствие не захотело узнавать не только тайну происхождения черкалинских миллиардов. Следствие фактически похоронило главную тайну АСВ: как и когда пропали триллионы рублей? Деньги обанкроченных банков, деньги, выделенные государством на выплаты вкладов, которые должны были возмещаться из имущества банков, деньги, выделенные Банком России в долг. Фактически – наши с вами деньги. Поясняю. К моменту ареста Черкалина «дыра» в капитале разорившихся банков составляла по его оценкам не менее двух триллионов рублей по данным на 2017 год.
Мирошников с Черкалиным при помощи своих подручных наладили очень выгодный бизнес, якобы, предлагая банкирам за вознаграждение в сумме от 10 до 30% от величины «дыры» предоставить банкстерам гандикап или фору на срок до полугода, чтобы дать возможность вороватым банкирам припрятать украденное у вкладчиков и кредиторов.
Давайте считать! Возьмем минимальную сумму - 10%. 10% от двух триллионов – это 200 миллиардов рублей Половину забрал Мирошников, четверть – другие участники схемы. Четверть досталась Черкалину. Четверть – это порядка 50 миллиардов рублей. А обнаружили у Черкалина «всего лишь» 12 миллиардов. А где остальные?
При этом чем больше я погружаюсь в этот вопрос, тем отчетливее вижу, что вариантов коррупционных заработков в АСВ было очень много. По большому счету, какая-то группа лиц решила обобрать весь российских народ. Которому рассказывали байки, что банки, которые попадают в АСВ, изначально имеют лишь 15% реальной рыночной стоимости от своих активов. Это, с одной стороны. Но с другой стороны зачем-то щедро отсыпались десятки миллиардов на спасение этих банков от банкротства. Банков, у которых вроде бы не было бизнеса, которые надо было спасать. Как не крути, тут надо или штаны одеть, или крестик снять.
Если верить утечке об информации, с которой Черкалин поделился со следствием, Валерий Мирошников получал 50% от криминального промысла.
То есть ему, досталось порядка ста миллиардов рублей.
Где эти деньги? По каким оффшорам наскирдованы? В какие активы, в какую недвижимость на Западе вложены?
Биконсфилд, Дубай, Кипр, Латвия…
Биконсфилд, небольшой британский городок, расположенный в 40 км от Лондона. Этот небольшой городок хранит много тайн России.
Во всяком случае, именно в Биконсфилде журналистам удалось отыскать две фирмы, зарегистрированные на маму и девушку бывшего замглавы АСВ Валерия Мирошникова, компаньона Кирилла Черкалина. Эти компании с уставным капиталом в 4 млн фунтов были зарегистрированы вот в этом жилом доме в 2020 году, через год после бегства чиновника из России.
Приблизительно в это же время в солнечном Дубае было приобретено недвижимости на сумму порядка десяти миллионов долларов, оформленную на девушку, с которой Мирошников в Москве продолжительное время проживал в одной квартире.
Около двух миллионов Евро сожительница Мирошникова вложила в экономику Кипра. Видимо, по случайному совпадению – именно в 2019 году. Когда ее возлюбленный покинул должность замглавы АСВ и сбежал из России, воздержавшись от передачи дел и уволившись направив заявление по факсу.
Более полутора миллионов евро мама и девушка Мирошникова вложили в экономику Латвии. Приобрели в Юрмале два дома. Осенью 2019 года там же в Юрмале женщины купили три квартиры. Еще и бизнесом занялись. Зарегистрировали в Латвии компанию, через которую на один миллион евро купили западных ценных бумаг.
Бизнес-активность женщин, близких Мирошникову, привлекла внимание правоохранительных органов Латвии. В итоге они стали фигурантами уголовного дела об отмывании средств. А вот российские правоохранительные органы упорно не хотят заниматься поиском миллиардов Мирошникова и Черкалина. Как я уже говорил, даже установлением происхождения денег, обнаруженных у Черкалина в ходе обысков, заниматься не стали. У меня складывается впечатление, что правоохранительные органы и их кукловоды, наоборот, предприняли колоссальные усилия, чтобы сохранить систему масштабного хищения при помощи АСВ, выстроенную и отлаженную еще Мирошниковым и Черкалиным. Очень похоже, что неспроста в 2019 году в Агентство по страхованию вкладов вернулся Андрей Мельников. Несколько слов про этого чиновника.
Он трудился в АСВ с момента создания в 2004 году. Дослужился до замдиректора АСВ, курирующего вопросы страхования вкладов, а также работу АНО «Фонд защиты вкладчиков».
В 2016 году Мельников переехал в Симферополь, где поработал министром экономического развития Республики Крым. В 2017 вернулся в Москву, вице-президентом Ассоциации банков России.
22 июля 2019 года, вскоре после бегства Мирошникова из России, Мельников вернулся в АСВ, первым заместителем директора, но фактически ему сразу были переданы все бразды управления. А через два с половиной года, 26 января 2022 года его назначили генеральным директором Агентства.
Сейчас Андрей Мельников обживается тюремной камере Лефортово. Впереди его ждут следственные действия. Допросы и очные ставки с его заместителями в руководстве АСВ, Попелюхом и Долгалевой. Расследование уголовного дела, в отношении которых следственное управление ФСБ завершило еще в сентябре. Тогда же бывшим заместителям директора АСВ и еще семерым фигурантам уголовного дела предъявили обвинение в окончательной редакции по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в составе организованной группы в особо крупном размере).
«Аквамир»
По версии обвинения, Попелюх с Долгалевой и подельниками похитили порядка четырех миллиардов рублей, полученных в ходе эксплуатации новосибирского аквапарка «Аквамир», который контролировался Межтопэнергобанком.
20 июля 2017 года у банка отозвали лицензию. Началась процедура банкротства. К моменту банкротства долг Межтопэнергобанком перед кредиторами составлял более 31,2 млрд руб. А к 1 сентября 2025 года выплачено лишь 11,5 млрд рублей.
В 2019 году АСВ через суд отбил «Аквамир» у московской строительной компании, которая получила в Межтопэнергобанке крупный кредит под залог аквапарка, но не смогла рассчитаться. Заполучив под свой контроль популярный в Новосибирске аквапарк, АСВ передало его по смехотворной цене в управление коммерсантам, приближенным к Попелюху.
Экспертиза, назначенная следствием, установила, что только от доходов по эксплуатации аквапарка «Аквамир», АСВ - а значит и кредиторы Межтопэнергобанка - недополучили порядка четырех миллиардов рублей. По версии следственного управления ФСБ эти деньги поделили между собой участники преступной группы, организованной Попелюхом и Долголевой. И как я уже говорил, бывшие заместители директора АСВ потянули за собой и своего непосредственного руководителя, директора АСВ Андрей Мельникова. По УПК при заключении сделки со следствием, фигурант обязан предоставить информацию о преступлениях «ранее неизвестных следствию». Поэтому Попелюх с Долгалевой не могли рассказать следствию исключительно о роли Мельникова в «своем» уголовном деле. Наши источники в следственном управлении ФСБ утверждают, что в рамках сделки со следствием Попелюх и Долгалева поделились подробностями нескольких эпизодов «преступной деятельности» Мельникова, при этом – именно «ранее неизвестных следствию».
Попелюх и Долгалева, якобы, дали показания, что с самого первого дня после возвращения в АСВ Мельников принимал управленческие решения, направленные на сохранение коррупционной системы, выстроенной дуэтом Мирошников-Черкалин.
Мазанов
Или вот еще один эпизод преступной деятельности Андрея Мельникова, о котором по сведению наших источников, якобы, дали показания Попелюх и Долгалева. Речь про волокиту с привлечением к субсидиарной ответственности, бывшего владельца банка «Транспортный» Александра Мазанова, который тоже был фигурантом «дела Черкалина», как банкир, который передал чекисту в общей сложности 850 тыс. долларов «за общее покровительство» и отсрочку отзыва лицензии банка «Транспортный». Некоторые подробности.
21 августа 2025 года Арбитражный суд Москвы принял к производству заявление о признании банкротом Александра Викторовича Мазанова, бывшего владельца банка «Транспортный». Банка, из которого было похищено порядка 40 миллиардов рублей. По этому факту еще в 2016 году было возбуждено уголовное дело.
Это произошло после того, как 20 мая 2015 года Центробанк России отозвал лицензию банка Транспортный из-за сомнительных операций на десятки миллиардов рублей, что привело к полной утрате капитала банка и значительной части активов посредством кредитования пустышки с вызывающим названием «соль руси».
Александр Мазанов тогда сбежал из России и обосновался в Монако, где и по сей день прожигает миллиарды, украденные из банка «Транспортный».
В марте 2021 года Мещанский суд Москвы вынес приговор по уголовному делу о хищение миллиардов из банка «Транспортный». Семь фигурантов, бывшие топ-менеджеры банка, по сути «стрелочники», получили сроки от пяти до восьми лет лишения свободы. Но возместить ущерб банку они не смогли, потому как миллиардов этих у них не было, потому что они действовали в чужих интересах.
А собственник банка Александр Мазанов, который фактически руководил осужденными, по этому уголовному делу избежал наказания. Хотя в апреле 2019 года следствие и обращалось в Мещанский суд с ходатайством о заочном аресте Мазанова. Но после нескольких судебных заседаний, в августе 2019 года ходатайство отозвали. К тому времени уголовное дело в отношении Мазанова выделили в отдельное производство и передали в Главное следственное управление Следственного комитета России. А произошло это именно после ареста Кирилла Черкалина.
Между прочим, судебный ордер на арест Черкалина и обыски в связанных с ним квартирах были выписаны по уголовному делу, в котором первоначально был только один эпизод - по части 6 статьи 290 УК — получение взятки в особо крупном размере. А взятки Черкалину передавал собственник банка Транспортный Александр Мазанов. Это информация появилась у оперативников Управления собственной безопасности ФСБ еще в сентябре 2018 года.
Когда Черкалина оказался в Лефортово, он полностью признал вину в регулярном получении взяток от Мазанова. Мазанов спустя два года тоже во всем признался. А весной 2021 года даже прилетал из Монако в Москву на частном бизнесджете.
Прилетел. Дал развернутые показания о том, когда, где, как, какими купюрами передавал деньги чекисту Черкалину. А дав показания, тут же улетел обратно в Монако. Тогда, в 2021 году Мазанова освободили от ответственности за дачу взяток. Что же такого привез банкстер Александр Мазанов на своем самолете из Монако, что его на время освободили от уголовного преследования по этому эпизоду, а по остальным крепко-накрепко зажмурились на аж на три года?
По делу о взятках Черкалину в отношении Мазанова применили норму УК, что давший взятку, освобождается от уголовной ответственности, при условии, что «лицо после совершения преступления добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о даче взятки».
Но к Мазанову нельзя было применять эту норму. Потому что о взятках, которые банкир передавал чекисту, в УСБ ФСБ, повторюсь, узнали еще в сентябре 2018 года. Тем не менее, Мазанова освободили не только от уголовного преследования по факту взяток Черкалину, но еще и оградили от уголовного дела о хищении порядка сорока миллиардов из банка «Транспортный». Банкира буквально выдернули из этого уголовного дела и запрятали в «деле Черкалина», объединив все дела в одно не важно, о чем, главное, что про Черкалина. Хотя Мазанов в этом деле не очень-то был и нужен. Черкалина и без Мазанова осудили бы.
Лишь 28 мая 2021 года, уже после вынесения приговора в отношении Кирилла Черкалина, появилось постановление о привлечении Александра Мазанова в качестве обвиняемого по уголовному делу о хищении денег банка «Транспортный». Тогда же, в мае 2021 года его объявили в федеральный розыск, а 6 апреля 2022 года - в международный.
Мазанов к этому времени уже порядка пяти лет прожигал в Европе деньги, украденные в банке «Транспортный». Купил даже верфь по производству люксовых яхт. И возвращаться в Россию, явно, не собирается. И у него есть серьезные основания ходить в церковь и ставить свечку за здоровье руководителей АСВ и Черкалина. А во время посиделок с друзьями- товарищами, поднимать тосты за их здоровье.
Судебное решение о заочном аресте Александра Мазанова было вынесено лишь в апреле 2024 года. Как не крути, а получается, что банкстеру предоставили огромную фору, как минимум в пять лет, а если считать от момента отзыва лицензии банка «Транспортный», то и вовсе в ДЕВЯТЬ лет, что бы он успел надежно перепрятать украденные в банке миллиарды. И произошло это, по всей видимости, не без участия Андрея Мельникова. По нашим сведениям, еще осенью 2019 года юридическое управление АСВ под руководством Ольги Долгалевой подготовило все документы для вступления в «дело Черкалина» в качестве потерпевшего. Потому что деньги, передававшиеся офицеру полиции в качестве взяток, были деньгами банка «Транспортый» и подлежали возврату в «конкурсную массу». Штатные юристы АСВ посчитали, что Агентство имеет право претендовать на часть денег, обнаруженных в квартирах, связанных с Черкалиным.
Но эти документы были задвинуты в дальний ящик. Попелюх и Долгалева, якобы, дали показания, что это было сделано по прямому распоряжению Андрея Мельникова, который в то время занимал должность первого замдиректора АСВ.
А ведь это только один эпизод истории только одного банка. А банков в России было больше тысячи. На сегодня осталось всего 308. И нам надо понять, как так вышло, что 574 банка обанкротились, а 51 санированы. Мы толком ничего не знаем.
Куцые отчеты, в которых сознательно отсутствует самая важная информация о том, сколько было активов, какими они были, в каком состоянии банк пришел в АСВ, куда смотрели аудиторы, чем занимался внутренний контроль банка, служба банковского надзора ЦБ, кураторы от ЦБ, которые работают в офисах коммерческих банков.
Нет и публикаций обобщенных цифр деятельности АСВ, из которых можно было бы понять, что и как они делают.
Не пора ли спросить у 45 тысяч 220 сотрудников Банка России, и тысячи сотрудников АСВ неужели так сложно разложить все по полочкам, сделать работу над ошибками, и, хотя бы ценой утраченных триллионов понять, как должна работать система банковского надзора в период экономических сложностей?
Сложностей, которые у нас практически всегда были и будут. И как должна работать система страхования вкладов, чтобы банки не разворовывались?
Тайна «миллиардов Черкалина» или история похождений банкстера Мазанова – это эпизоды теневой части деятельности Агентства по страхованию вкладов.
Гонорары юристов
А ведь есть еще и публичная часть, в которой АСВ чуть ли не на виду у всего мира, не особо стесняясь, сорит миллиардами. Не своими. А деньгами вкладчиков и кредиторов разорившихся банков. Речь про гонорары адвокатов, привлеченных АСВ для сопровождения процедуры банкротства банков, которые исчисляются даже не десятками, а сотнями миллионов рублей.
Мои коллеги из издания «Деловой Петербург», которая входит в «Национальную медиагруппу» Юрия Ковальчука, проделали огромную работу. И подсчитали.
Что в ходе процедуры банкротства банков только из ТОП-10 по размеру гонораров юридических предприятий, АСВ щедро выплатило 18,5 миллиардов рублей юристам, которые сопровождали процедуру банкротства этих самых банков. Вот сводная таблица, составленная коллегами из «Делового Петербурга».
Больше всего получили юристы, которые сопровождали банкротство Пробизнесбанка. После отзыва лицензии выяснилось, что этот банк должен клиентам и кредиторам 86 миллиардов рублей. Вернули 32 миллиарда. Привлеченным юристам АСВ выплатило 5 миллиардов 117 миллионов рублей. При этом в принудительном порядке, то есть при помощи юристов в конкурсную массу было возвращено 13 миллиардов 565 миллионов рублей.
То есть юристам выплатили больше трети от суммы, поступившей в конкурсную массу по итогам их работы - в результате судебных тяжб по принудительному взысканию средств с должников банка. На втором месте по сумме гонораров привлеченных юристов оказалось банкротство Межпромбанка.
Межпромбанк к моменту отзыва лицензии оказался должен вкладчикам и кредиторам 72 миллиарда рублей. Привлеченные юристы увеличили конкурсную массу на 4 миллиарда 234 миллиона рублей. Но из этой суммы АСВ выплатило за юридические услуги 3 миллиарда 965 миллионов рублей.
То есть почти 90% от суммы, на которую увеличилась конкурсная масса в принудительном порядке, АСВ щедро отдала этим самым привлеченным юристам. На третьем месте по сумме гонораров привлеченных юристов оказалось банкротство Татфондбанка. К моменту отзыва лицензии банк оказался должен вкладчикам и кредиторам 172 миллиарда рублей.
Привлеченные юристы смогли увеличить конкурсную массу на 14 миллиардов 980 миллионов рублей. Из которых 2 миллиарда 978 миллионов рублей АСВ выплатило в качестве гонораров юристам.
А были еще истории банкротств более мелких банков, в ходе которых юристы вроде бы и не получили миллиардных гонораров. Но все – равно истории эти выглядят очень скверно. К примеру, небольшой банк «Интеркредит» задолжал кредиторам 287 млн рублей. Удалось вернуть лишь 2 миллиона. Но привлеченные юристы получили 20 миллионов. Или другой пример. Арт-банк задолжал 584 миллионов рублей. Кредиторы в ходе банкротства получили 6 миллионов рублей, а юристы — 9 миллионов.
У АСВ есть еще и расходы по возврату проблемных активов. Эти расходы учитываются отдельно. И по ним АСВ тоже не скупилось. Щедро подписывало с юридическими фирмами договоры о выплате им до 40% от объёма взысканных сумм.
Банкротство без правил
И вся эта система, от которой буквально смердит коррупционным душком, работала и до того, как АСВ возглавил Андрей Мельников. Сохранилась она и при нем.
Невероятно, но нет ни одной инструкции, методических указаний Центробанка, как должно работать Агентство по страхованию вкладов в роли конкурсного управляющего, что можно отдавать на аутсорсинг, что нет. Кто и что должен делать.
Акты состояния активов на момент передачи банков под крыло АСВ не публикуются, не анализируются так, чтобы сразу было понятно, чего ожидать, сколько банк вернет денег.
Профессионалам в ЦБ и АСВ это сходу понятно. Исходя из этого, уже в момент передачи банка в АСВ, им понятно кто и в чем конкретно виноват. И какие претензии и к кому надо предъявлять.
А ведь это очевидная веешь, которая необходима, чтобы взыскать максимум из тех активов, которые были у банков на момент начала управления АСВ. А при этом, для банков главный банковский регулятор наплодил инструкций объемом в десятки тысяч страниц. Складывается впечатление, что Центробанк относится к АСВ как похоронной команде банков, как к кладбищу банков, общаться с которой надо поменьше, чтобы быть здоровее.
Любой работник кладбища не заинтересован в успехах медицины и новых технологий для продления жизни людей. Это факт. Для компаний, оказывающих ритуальные услуги, любой покойник – это огромные деньги, которые платят родные и близкие усопшего. Так и АСВ. Для этой госкорпорации разорившиеся банки – это прежде всего активы банка. Активы, общей стоимостью в триллионы рублей.
Повторю цифру, которую уже приводил, государство доверило АСВ активы стоимостью порядка 8,5 триллионов рублей. При этом, фактически не контролируя работу госкорпорации и не отдавая себе отчет, что эти средства в большинстве своем никогда не вернутся государству обратно. Остается только недоумевать, почему бы депутатам Государственной думы России каждый год-другой поручать Счетной палате проверять деятельность АСВ? Которое, без должного надзора и контроля фактически превратилось в бездну. Явно же, что те аудиторские процедуры, которые есть сегодня, не эффективны.
Неплохо бы обязать госкорпорацию публиковать во всех подробностях в каком состоянии поступил банк в АСВ, с какими активами, залогами. И сколько удалось взыскать из его суммы активов. И не надо ссылаться на тайну персональных данные. Страна имеет право и должна знать не только героев. Но и воров. Это полезно на будущее.
Сегодня же мы имеем то, что в банках-банкротах вклады выплачиваются за счет государства, а взыскивают какие-то ушлые адвокаты со связями в АСВ, ЦБ, в правоохранительных органах.
А ведь если бы еще весной 2019 года, следствие всерьез занялось выяснением происхождения миллиардов, обнаруженных у Черкалина, сегодня, думаю, не пришлось бы собирать в Лефортово все руководство АСВ и подсчитывать утраченные триллионы.
Мы продолжаем следить за судьбой гендиректора АСВ Андрея Мельникова и его заместителей. Продолжаем наблюдать за развитием событий в возбужденных против них уголовных делах. Как продолжаем наблюдать и за судьбой Агентства по страхованию вкладов. И, похоже, еще не раз вернемся к этой теме.
