Должник с мандатом
Республика Северная Осетия – Алания, Владикавказ. На 17 марта в Ленинском районном суде столицы республики было назначено судебное заседание по, казалось бы, рядовому гражданскому делу о взыскании долга в размере 5 миллионов рублей. Иск был зарегистрирован в суде еще в августе прошлого года.
2 сентября 2025 года было вынесено судебное определение о назначении дела к судебному разбирательству, но рассмотрение дела идет ни шатко, ни валко. За полгода было назначено 8 заседаний, но 7 из них так и не состоялись то из-за болезни судьи, то из-за неявки участников процесса.
Нерасторопность Залины Хадиковой, судьи Ленинского районного суда Владикавказа, возможно, можно объяснить тем, что ответчиком по иску выступает известная в республике персона – депутат Госдумы двух созывов, член фракции КПРФ Роберт Кочиев.
События разворачивались так: 19 февраля 2024 года Роберт Кочиев попросил в долг у своего знакомого 5 миллионов рублей – буквально на несколько дней, но так до сих пор и не вернул. При этом от долга Кочиев не отказывался. С лета прошлого года депутат-коммунист обещает рассчитаться, как только заработает его ликероводочный завод и сток.
Что важно, депутатам Госдумы запрещено заниматься коммерческой деятельностью. Это закон. А Кочиев в разговорах с кредитором не скрывал, что несмотря на то, что он «депутатствует» уже два срока, из бизнеса не ушел. Продолжает, что называется, держать руку на пульсе своего семейного алкогольного бизнеса. Правда, надо сказать, что очень прибыльный и выгодный бизнес семьи Кочиевых пошел под откос.
В ноябре прошлого года арбитражный суд Северной Осетии признал Роберта Кочиева банкротом. Сумма его личной задолженности перед кредиторами составила более полумиллиарда рублей. Таким образом, депутат-коммунист стал первым в истории России депутатом-банкротом. Более того, суды признали депутата Кочиева и его сыновей Батраза и Рудольфа контролирующими лицами компании «Ракурс» – крупного производителя алкоголя в Северной Осетии. Вынесено судебное решение о привлечении Кочиева и его сыновей к субсидиарной ответственности по долгам предприятия на сумму около 3 миллиардов 400 миллионов рублей.
Рассказывал об этой скверной истории еще в сентябре прошлого года в программе «Банкрот с мандатом». Посмотреть этот выпуск можно по ссылке под этим видео.
Я же коротко напомню… В арбитражном суде Республики Северная Осетия – Алания еще в 2019 году началось рассмотрение дела, связанного с деятельностью компании ООО «Ракурс». В ходе судебных заседаний было установлено, что в 2013 году Роберт Кочиев, в то время депутат Государственной Думы России 6-го созыва, вместе с сыновьями Батразом и Рудольфом выстроили целую сеть компаний и фирм вокруг контролируемого ими ликероводочного завода, в то время юридически оформленного как Общество с ограниченной ответственностью «Ракурс».
17 сентября 2019 года ООО «Ракурс» признали банкротом. Только по налогам в бюджеты всех уровней компания задолжала почти полтора миллиарда рублей. Исследование обстоятельств банкротства некогда преуспевающего предприятия позволило выяснить, что в 2016-2018 годах с расчетных счетов ООО «Ракурс» на счета компаний, аффилированных с Робертом Кочиевым и его сыновьями, было перечислено порядка трех миллиардов рублей без какого-либо встречного обеспечения.
В мае 2025 года Арбитражный суд Северо-Кавказского округа вынес постановление, в котором отметил, что ключевым элементом схемы, созданной Кочиевым и его сыновьями, стало дробление бизнеса на центр прибыли и убытков, фиктивный документооборот, перемещение активов, персонала и денежных потоков в аффилированные структуры с одновременным банкротством предприятий-должников.
Небольшая цитата из постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа, вынесенного в Краснодаре 20 мая 2025 года: «Как только юридические лица накапливали долги, их деятельность прекращалась, организация банкротилась, затем ответчики создавали новые организации без задолженности».
Именно эти манипуляции привели к ситуации, когда компания «Ракурс» перестала исполнять обязательства перед бюджетом и кредиторами и была обанкрочена. Но перед банкротством все ликвидные активы компании были переброшены на другие юридические лица.
В итоге депутата Кочиева и его сыновей и привлекли к субсидиарной ответственности на общую сумму в 3 млрд 400 млн рублей. А ведь как хорошо все начиналось.
В 1992 году было принято решение об отмене государственной монополии на производство и продажу алкоголя. Северная Осетия буквально за пару лет стала чуть ли не главным поставщиком водки для огромной России. На территории республики заработало порядка 200 ликероводочных предприятий. Дело в том, что республике удалось сохранить все производственные ликероводочные мощности, которые во многих регионах СССР еще в советские годы, в середине 80-х годов прошлого века, в ходе всесоюзной антиалкогольной кампании были ликвидированы или перепрофилированы под производство соков.
Кроме того, превращению Северной Осетии во Всероссийский центр производства спиртного стало удобное географическое расположение на транзитном пути из Турции через Грузию в Россию. А именно Турция в начале 90-х поставляла в Россию огромные объемы спирта. Через российско-грузинский погранпереход «Верхний Ларс» в те годы ежедневно проходили десятки караванов фур с турецким спиртом.
Разбавлять и разливать дешевый турецкий спирт было выгодно, но ушлые алкогольные коммерсанты наладили поставки в Северную Осетию такого же дешевого спирта из Украины по железной дороге. На станцию Ардон в Осетии начали прибывать сотни цистерн со спиртом. За счет сокращения транспортных расходов водочный бизнес в республике стал настоящим Клондайком.
Северная Осетия фактически поила чуть ли не всю Россию, но этот бизнес контролировал криминал. В казну поступали крохи от многомиллиардных барышей, которые зарабатывали ликероводочные мафиозные кланы.
В 2008 году государство опомнилось и попыталось покончить с алкогольной вакханалией. Появилась Федеральная служба по регулированию алкогольного рынка или Росалкогольрегулирование, которая установила новые правила игры. Акцизы выросли в разы и на тот момент составляли 400 рублей за 1 литр спирта, причем повышались ежегодно на 100 рублей.
Казалось бы, алкогольная отрасль начала возвращаться в правовое русло, начали увеличиваться поступления в казну. Но вместе с сотрудниками Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка в отрасль пришли схематозники, оптимизаторы и минимизаторы, специалисты по минимизации налоговых платежей. Именно в те годы в алкогольный бизнес пришел и Роберт Кочиев. И сыновей привел. Заработав огромные деньги на алкогольном бизнесе, Роберт Кочиев решил обзавестись депутатским мандатом.
Свое «омандачивание» Кочиев объяснил так:
«Долгие годы я был в бизнесе, и мы как бы принципиально подходим ко всему и никогда по течению не шли, а шли против течения всегда. И всегда я сталкивался с равнодушными, коррумпированными чиновниками, очень часто встречался.
И приходилось мне, сталкиваясь с этим… мне это очень не нравилось. И приходилось всегда что-то доказывать, где-то пробиваться. И почему я именно пошел в этот комитет по борьбе с коррупцией? Потому что я реально вот это все вижу.
И там, где я смогу побороть эту коррупцию, где я смогу помочь своей республике, почему я сегодня очень жестко встал? Потому что я вижу, что буквально из одного маленького механизма, из одного небольшого механизма вот этого не работает целая отрасль. И все мои силы сегодня, а у меня их немало, я постараюсь направить на то, чтобы этот механизм заработал. И еще есть такой момент, что никогда в жизни мы от решения вопросов не отходили ни влево, ни вправо и, тем более, назад. Мы всегда ставили задачу и шли вперед. Поэтому здесь все, я еще раз говорю, все абсолютно, ни один кабинет должностных высоких лиц, который мог бы этот вопрос решить, мы не обойдем.
Я буду биться в каждый кабинет, я буду заходить в каждый кабинет. Но то, что здесь должно работать, оно будет работать. И работать по закону».
Но так получилось, что через 10 лет после этого интервью Банк Солидарность подал иск о признании личного банкротства Роберта Ивановича Кочиева. Потому что Кочиев выступал поручителем по кредитам, полученным предприятиями, которые он сам же вместе с сыновьями и контролировал. Возможно, Кочиев изначально рассчитывал, что не будет возвращать кредиты.
Возможно, надеялся, что это ему сойдет с рук. Не сошло. И сегодня складывается такая ситуация: бухгалтеры Госдумы, начислив зарплату депутату Госдумы Роберту Кочиеву, часть денег, по всей видимости, будут перечислять по исполнительным листам тем, кому он должен.
Но вернемся к судебному процессу в Ленинском суде Владикавказа, который рассматривает гражданский иск о взыскании с Роберта Кочиева 5 миллионов рублей долга.
Лично у меня большие сомнения, что депутат вернет эти деньги, хотя бы потому, что сегодня он обвешан долгами, как елка новогодними игрушками. Но тут возникает другая версия. Возможно, Роберт Иванович Кочиев изначально не собирался возвращать эти 5 миллионов рублей. Но тогда это уже не гражданское дело. А пользоваться депутатской неприкосновенностью Кочиеву осталось несколько месяцев.
Повторюсь, это всего лишь моя версия. Возможно, я неправ.
Нам ничего не остается, как продолжать наблюдать за судьбой Роберта Ивановича Кочиева, депутата Госдумы, члена фракции КПРФ, члена Думского Комитета по безопасности и противодействию коррупции.
